Корвин (c_o_r_w_i_n) wrote,
Корвин
c_o_r_w_i_n

Нашла (показали) офигенное.

Вчера был снег, сегодня снег - иду на поводу у всех, пишу нейтрально про погоду. Раз поезд через пару дней, то значит стоит сесть ровней и подвести итоги года.
Читали всё, вплоть до Гюго, да.
Читали всё - до ерунды, но впрочем, толстые труды попортили немало крови. Не миновал ладоней Манн, Вишневский тяготил карман, что ж, Томас Януша суровей, зато у Януша - роман.
Писала мало - но учтем, когда не пишем мы - растём на полстраницы в день, не ниже. А вот напишем - пустота, судите сами, господа, - продашь штук сорок старых книжек - потом полгода немота. И даже проза - вся не та.

Открыли новое метро. Там так же тычут под ребро с различной степенью успеха, а я под грузом рюкзака читаю Блока с КПК. Порою было не до смеха, но в целом как же без него. И музыка над головой.
Да, музыка. Пожалуй вот, что было важно в этот год, что было непереводимо на все другие языки. Важнее этой музыки была война. Необходимо сказать: родные невредимы. Но вот на нервах узелки.
Теперь серьезно. Я росла. Не в сантиметрах без числа, не вверх, не в бок, а вглубь куда-то. Пила, рыдала и спала. Решала срочные дела. Случилось три печальных даты, но мы привыкли. Каждый год - нет-нет, да кто-нибудь уйдет.

Да, кстати, чуть не каждый день мне приносил других людей - с различных уголков планеты. В начале - Сашка. Под конец явился Шурка - брат-близнец, не в Питере, в Москве, но это давно уж суть одной монеты. (эх, телепорт бы наконец)
Вернулся С. Он постарел, смотрел, как раньше - он смотрел, а я не понимала, что мне до этих взглядов "как тогда". Вот так любовная слюда в моей сердечной грубой штольне вся испарилась без следа. Там очень едкая среда.

Но это был прекрасный год, таких годов наперечет - не меньше двух, не больше сотни. Такие тяжело подряд - уж больно тормоза горят, летят покрышки, масло сохнет. Но охрененный звукоряд.
Судьба, не веря в глупости, сжимала ласково в горсти и говорила: "Ты шути, пока что ничего выходит. Ты лишь не прогибайся в хорде - иначе, господи прости."
Хранитель же наоборот мной недоволен в этот год - грозился, обещал отречься, от возмущения потел. И покупал билет в партер. Произносил, рыдая, речи, так пафосно ломая руки, что мне хотелось делать трюки почище розовых пантер.
Законы вечные земли - как встретили, так провели - в кругу друзей, с сосновым чадом, крича и струны теребя. Да, Боже, с праздником тебя - с две тысячи девятым чадом. С удачным сетом. С новым чатом.
Таким был долгим этот год, что странно, что вот-вот уйдет весь этот дымный, больный, млечный. Одних не спас, других сберег, одним - Парнас, другим - ларёк. Восьмерка - это бесконечность, повернутая поперек.

Сухой остаток - вот со мной. Река пропитана луной, как солнцем - яблоко-ранетка. Насквозь - и можно отломать. Держу в руках ее ломоть с мерцающей внутри монеткой. Сухой остаток. Новый счет. И всё. А в общем, что еще?

отсюда
Subscribe

  • Про дворцы и балет

    Просто понравилось))) А еще хотела сообщить, что в нашей стране есть уникальные таланты! (а то вдруг вы не знаете). Вот, например, самая богатая…

  • Парни, превращенные в музыку

    Одна опечатка, и фантазия уже унеслась галопом. Из фразы "мальчики, уже будьте музыками" я представила, что было бы, если бы парни,…

  • Предвкушение

    когда меня выпустят на улицу, поеду в огромный торговый центр и накуплю себе одежды! хочу блузку. несколько. разных. и обязательно теплый уютный…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments